Встреча в формате С5+1 в Нур-Султане: «долгосрочные итоги» внешней политики США в Центральной Азии.

21 августа состоялся визит в Казахстан заместителя госсекретаря США по политическим вопросам Дэвида Хейла, который провел встречи с премьер-министром А. Маминым, президентом Казахстана К. Токаевым. Позже Д. Хейл принял участие в дискуссии высокого уровня по вопросам безопасности в формате “С5+1” с участием глав внешнеполитических ведомств стран Центральной Азии.

По итогам прошедшей встречи в рамках формата С5+1 в Нур-Султане, общественность получила весьма сухое совместное заявление, с низким информационным наполнением. Из всего текста можно выделить лишь последний абзац, который содержит согласие участников поддерживать платформу взаимодействия С5+1 «для совместного обсуждения и решения общих проблем, а также для укрепления суверенитета, независимости и территориальной целостности государств Центральной Азии». В заключении участники встречи обсудили планы по проведению следующего совещания министров С5+1 «по вопросам безопасности, экономических связей и окружающей среды».

Аналогичные итоги можно подвести и по результатам встреч Д. Хейла с высшим руководством Казахстана, в рамках которых были отмечены расширение стратегического партнерства между Казахстаном и США, противодействие терроризму, а также социально-экономическое восстановление Афганистана. Из всего прочего, более конкретные результаты свелись к упоминанию в официальных источниках о подписании соглашения стало о прямой телефонной связи между главами двух государств.

Тем не менее, такой скудный информационный фон, сопровождающий визит заместителя госсекретаря в Центральную Азию — зону исключительных интересов России и КНР вызывает определенный интерес.

Поскольку либо США не имеют конкретных предложений и проектов для Центральной Азии, что маловероятно с учетом концентрации интересов России и КНР в регионе, либо США не желают афишировать их предложения по активизации своей роли в регионе и страны Центрально Азии поддерживают этот общий настрой.

Тот факт, что в регионе Казахстан и Узбекистан представляют самый большой интерес для США более чем очевиден — две самые крупные страны Центральной Азии богатые углеводородными ресурсами и имеющие важное географическое положение для интересов США не могут оставаться вне зоны действия стратегических интересов Вашингтона.

За 20 дней до визита, на страницах американского интернет ресурса «The National Interest» была опубликована статья директора центра внешней политики фонда «Allison» Люк Коффи под названием — «Может ли Казахстан быть новым партнером США в Центральной Азии?»[1]. В статье автор рассуждает о том, что в Казахстане прошли более легитимные выборы президента чем когда-то ранее, и что страна страдает от коррупции, социальной нестабильности и слабой экономики, однако новый президент К. Токаев намерен решать эти проблемы, объявив о десяти приоритетах для реформ в своей речи при вступлении в должность президента.

Далее, автор предполагает, что у Токаев нет никаких причин изменять характер взаимоотношений между двумя странами, которые на протяжнее многих лет были дружественными. В этой связи, администрации Трампа следует очень тесно работать (сотрудничать) с новым президентом, для того чтобы найти пути для улучшения американо-казахских отношений, в сферах представляющих взаимный интерес. Директор центра внешней политики, отмечает, что согласно Стратегии Национальной Безопасности, США будут «искать те страны Центральной Азии, которые устойчивы к доминированию конкурирующих держав, не желают быть убежищем для джихадистов и ставят реформы в качестве своих приоритетов» [2]. По его мнению, Казахстан подходит по всем этим параметрам.

Тем не менее, следует помнить, что Казахстан все еще остается неотъемлемым компонентом сети снабжения американских войск в Афганистан, играет определенную роль в качестве страны, на которой проходит важная международно-политическая площадка по Сирии, не говоря уже о том, что его ресурсный потенциал (особенно Каспий) является предметом интереса для стран Востока и Запада.

И всего этого можно заключить, что главной целью поездки Хейла стало во-первых, получение заверений в том, что внешнеполитический курс Казахстана и казахско-американские отношения будут оставаться неизменными, что и было официально отмечено заявлением о эффективной реализацией договоренностей, достигнутых по итогам встречи первого президента Казахстана Н. Назарбаева и президента США Дональда Трампа в январе 2018 года в Вашингтоне.

Во-вторых, это налаживание тесных связей с новым президентом, что было отражено в подписании соглашения о прямой телефонной связи между главами двух государств. Все это совпадает с ранее уже высказанным экспертным мнением о том, что США следует более тесно работать с новым президентом. И по всей видимости, США намереваются более тесно контактировать с новым руководством Казахстана, по широкой повестке двусторонних и международных отношений в ближайшем будущем.

И в третьих, приверженность Казахстана к развитию регионального сотрудничества, что было отмечено словами президента Токаева о взаимодействии с соседями по региону — как одному из приоритетов внешней политики Казахстана. Здесь следует напомнить о том воодушевлении с которым был воспринят в США и ЕС саммит стран Центральной Азии в Астане в 2018 году. Очевидно, что развитие самостоятельного регионального сотрудничества в Центральной Азии без участия «внешних сил», это тот тип сотрудничества, который США будет всегда поддерживать.

В целом, можно заключить, что визит заместителя госсекретаря, это своего рода «проверка связи» на линии США — Казахстан и улучшение ее качества. Участие в дискуссии «С5+1», не имевшей конкретных результатов, своего рода «зондирование» настроений в странах Центральной Азии на предмет общих проблем безопасности и экономического развития, в частности это касается Таджикистана и Кыргызстана, как стран, которые все еще остаются однозначными союзниками России. Узбекистан, тем не менее, заслуживает отдельного отношения.

22 августа состоялся визит Д. Хейла в Узбекистан и встреча с президентом Ш. Мирзиеевым, на которой было отмечено, что американская сторона высоко оценивает проводимые в Узбекистане преобразования в сфере государственного строительства и формирования сильного гражданского общества, а также реформы, направленные на повышение уровня и качества жизни населения, обеспечение прав и свобод граждан. Выражена поддержка усилиям Узбекистана по его региональной политике, а также состоялся обмен мнениями по вопросам мирного урегулирования в Афганистане и активного вовлечения этой страны в региональные процессы.

Узбекистан не менее важен для США исходя из их стратегических интересов в регионе, связанных с Афганистаном. США и Узбекистан едины во мнении относительно общих форм регионального сотрудничества в Центральной Азии, где их общими усилиями Афганистан должен постепенно интегрироваться в систему региональных взаимосвязей. Даже если не брать во внимание пресловутый проект «Большой Центральной Азии», о котором так много говорят, становится ясным что «открытость» Узбекистана для регионального сотрудничества в Центральной Азии с 2018 года, была отмечена аналогичными инициативами в отношении Афганистана от проведения конференции по мирному урегулированию, до активизации торгово-экономических, транспортных, энергетических и иных связей с Афганистаном. Все указывает на то, что «открытость» Узбекистана для регионального сотрудничества в Центральной Азии также зависит от его успехов на афганском направлении. 

По сути, США через Узбекистан, пытаются соединить Центральную Азию (постсоветское пространство) со Средним Востоком  (Афганистан) и Южной Азией (Индия), где последняя также принимает участие в крупных транспортных и экономических проектах Чабахар (Иран), которые могут соединить регион с морскими путями.

Но для этого, США крайне необходим мир в Афганистане — переговоры о перемирии между США и Талибан все еще идут, но даже если они будут успешны, Афганистан ждет длительный период примирения всех сторон конфликта, на фоне выхода Талибан в легальное политическое поле. Выстраиваемая линя взаимодействия стран по этому проекту в лице Узбекистана, Афганистана и Индии, неизбежно сталкивается с позицией Ирана, поскольку именно через его территорию проходят важные коммуникационные и транспортные пути этого проекта. Ранее надежды возлагались на Пакистан, но он участвует в другом проекте — Один пояс, один Путь реализуемым КНР. С учетом ухудшения индо-пакистанских отношений, особенностей отношений между Индией и КНР, а также санкций США против КНР, трудно представить что Пакистан будет играть в этом активную роль. Тем более что американские планы по «Большой Азии» опираются на ТАПИ, CASA-1000, транспортный хаб Чабахар — и все они имеют свои трудности, которые сразу разрешить не получится. В этой связи, для США, пока что этот проект «Большой Азии» географические изолированная инициатива, в то время как странам нужен выход на внешние рынки. 

Однако здесь присутствует ряд препятствий, который не внушает оптимизма в эти планы. Мир в Афганистане, который пока не предвидится, перспективы использования иранского порта Чабахар, в условиях усиления санкций против Ирана (хотя порт под них не попадает), но транспортные пути в Афганистан все равно пролегают через территорию Ирана. И, позиции России и КНР, которые также имеют свои проекты, реализуемые на территории Центральной Азии.

В данном случае, предмет беспокойства заключается в том, что Афганистан при всем желании соседних стран и мирового сообщества, никогда не сможет быть интегрирован в общее центрально-азиатское пространство, поскольку представляет собой часть совершенного другого культурного, политического и социального пространства, которая чужда по крайней мере большинству стран и народов Центральной Азии. Для того чтобы это изменить, должно пройти много времени и много поколений. Формат отношений Центральная Азия плюс стабильный и мирный Афганистан, как часть отдельного пространства, больше всего отвечает интересам не только самих стран региона, но и их исторических партнеров в лице России и КНР.

Отдел внешнеполитических исследований.

[1] Can Kazakhstan be America’s New Partner in Central Asia? The National Interest 01.08.2019 https://nationalinterest.org/feature/can-kazakhstan-be-americas-new-partner-central-asia-70616

[2] National Security Strategy of the United States of America, December 2017. https://www.whitehouse.gov/wp-content/uploads/2017/12/NSS-Final-12-18-2017-0905.pdf

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s